«Весна священная» Стравинского: как русский балет устроил скандал и драку в Париже

Вечером 29 мая 1913 года в парижском Театре Елисейских Полей было шумно. Публика, уже недовольная недавней постановкой Вацлава Нижинского, враждебно встретила дирижёра Пьера Монтё. Первые же такты увертюры к «Весне священной» Игоря Стравинского потонули в свисте и криках ещё до того, как поднялся занавес.
Замысел балета, по словам композитора, пришёл к нему во сне: девушка в окружении старцев танцует до смерти, чтобы пробудить весну. Либретто и декорации создал художник Николай Рерих. Танцовщикам потребовалось 120 репетиций, чтобы освоить музыку с ломаным ритмом и непривычную хореографию. Артисты в объёмных рубахах сутулились, топали и прыгали, ставя стопы носками внутрь.
Зрители восприняли происходящее как оскорбление. Шум в зале был таким, что танцоры не слышали оркестр. Нижинский отсчитывал им ритм из-за кулис, а композитор Клод Дебюсси в зале умолял недовольных замолчать. Вскоре словесная перепалка переросла в драку. Сторонники постановки смешались с её противниками, в ход пошли трости и зонтики. Невеста Нижинского Ромола Пульская вспоминала, что люди свистели и выкрикивали оскорбления.
Единственным, кто остался доволен, был Сергей Дягилев. «Это именно то, чего я хотел», — заявил он. Год спустя концертная версия «Весны священной» была принята публикой с восторгом. Балет вошёл в репертуар «Русских сезонов» и стал одним из важнейших музыкальных произведений XX века.

